В России не хватает школьных психологов. Об этой проблеме говорят на разных площадках. По оценкам некоторых экспертов, существует нехватка 10 000 или более школьных психологов. Но сегодня психологи стали чуть ли не вторым по значимости человеком в школе после учителей. Издевательства, драки, срывы у детей (а часто и учителей)… каждый слышал об ужасающих школьных перестрелках. Виновником трагедии почти всегда оказывается «тихий, спокойный студент, имеющий мало друзей и всегда одинокий». Эта характеристика насторожит любого квалифицированного психолога. Однако, вообще говоря, в школах такого нет, или там слишком много людей тупик.
«РГ» взяла интервью у Людмилы Авдеевой, руководителя психологической службы кластера школьного образования N58 в Москве, психолога с 30-летним стажем и многодетной матери, чтобы узнать, как учителя «не упускают» подростков и как помочь детям, которые собираются через один из самых трудных этапов взросления.
Людмила Игоревна, с чем к вам приходят дети и взрослые?
Людмила Авдеева: Я бы хотела выделить два аспекта. Первое — это все, что собственно связано с трудностями в учебе в школе: переутомление, чрезмерная ответственность за выполнение домашних заданий, когда ребенок ложится спать до двенадцати часов, или наоборот, снижение учебной мотивации и отказ от завершения учебного занятия требования. Во-вторых, трудности в общении, конфликты со сверстниками, проблемы во взаимоотношениях с учителями. Правда, есть еще один очень важный круг, но он обычно появляется через какое-то время, когда выработалось доверие к психологу. Это разговор об отношениях внутри семьи, или о каком-то страхе или сомнении внутри вас. В школьной жизни приходится испытывать разные эмоции, не только положительные. Для развития личности важен как опыт победы, так и опыт неудач. Когда вы знаете, что у вас есть спина, есть психолог, который сможет поговорить с вами о ваших проблемах, получить своевременную и квалифицированную поддержку – это повышает потенциал вашего ребенка. Ведь родители объективно заняты. Сегодня можно сказать, что психологические услуги становятся неотъемлемой частью культуры качественного школьного образования.
Подростковый кризис – что это такое и почему он возникает?
Людмила Авдеева: Короче говоря, жизнь сегодня на порядок сложнее, чем в прошлые столетия. Школа — это микроскопическая модель большого мира, в который вам нужно вписаться. Около 150 лет назад от подросткового кризиса не осталось и следа, поскольку социальные роли и обязанности были четко распределены. Каждый знает, что его ждет и как ему следует вести себя согласно своему социальному и личному статусу. Сейчас все не так. Все в хаосе. Точки перехода от детства к взрослости не существует. Детям очень тяжело пережить этот период.
Как и чем родители и педагоги могут помочь детям кризисного возраста?
Людмила Авдеева: Во-первых, признать, что ребенок изменился. Уважайте его границы (например, постучите, прежде чем войти в комнату ребенка). Учителям и родителям важно понимать, что снижение учебной мотивации («скатывание до тройки!») — это закономерный феномен роста, поскольку обучение в этом возрасте просто не является биологической задачей. Нам нужно это понять и успокоиться. Поймите: чем дольше длится кризис, тем большее сопротивление мы оказываем.
В целом, по моему опыту, правило «трех четвертей» хорошо работает для подростков. В трети случаев поддаться, в трети случаев «не заметив» провокации (плохое поведение или нарушение общепринятых правил), в трети случаев стоять на своем. Для взрослых общий принцип здесь – гибкость.
Основные принципы работы школьных психологов?
Людмила Авдеева: Каждый ребенок должен быть на виду. Основное внимание уделяется профилактике: мы работаем заранее, чтобы предвидеть проблемы, а не спешно исправлять последствия. Активное сотрудничество со всеми участниками образовательного процесса: не только детьми, но и педагогами и родителями. И конечно профессионализм и высокое качество.
Для меня важно, чтобы каждый ребенок чувствовал себя важным в школе. Я должен познакомиться с каждым человеком, за которого несу непосредственную ответственность, понять его жизненный опыт и установить доверительное общение с его родителями, чтобы своевременно обеспечить страховку и не допустить возникновения более серьезных проблем (например, срыва в Едином Государственный экзамен или издевательства над подростками). То же самое касается и детей – например, если мы замечаем, что он часто начинает пропадать и болеть, важно выяснить, что за этим стоит – настоящая проблема со здоровьем или сильный стресс.
Кстати, ты собираешься на занятия? Или дети часто приходят к вам сами?
Людмила Авдеева: Я хожу регулярно, как и мои коллеги. Это недавний пример. Учительница попросила понаблюдать за девочкой, у которой наблюдалось резкое снижение мотивации. Я пришла в класс и обнаружила, что помимо нее в классе был еще один ребенок, который полностью отстранился от процесса. Я начал это понимать и увидел, как он дышал через рот и лежал на столе через 10 минут занятий. Я разобрался: причиной падения его работоспособности, вероятно, был недостаток кислорода. А это значит, что надо не только проветривать класс, но и конкретного ребенка во время занятий воспитывать, доску протирать, воду давать, то есть всячески активировать, чтобы восстановить атмосферу в классе. Напряжение в коре головного мозга, тем самым повышая работоспособность. Я должен был это увидеть, стать наставником учителей и принять в этом участие.
Учитель – самый важный человек в школе и важный фактор успеваемости ребенка, а значит, психолог должен ему активно помогать. Учителей необходимо учить тому, как решать сложные случаи, с одной стороны, и как позаботиться о себе, с другой. Все мы знаем, что учителя всегда подвержены риску выгорания. Поэтому важно научить их методам расслабления, перехода и снятия стресса. А у некоторых из них еще и много страхов по поводу собственной некомпетентности, поэтому они могут бояться обращаться за помощью и поначалу уклоняться от психологов. Наоборот, я старался показать, что обращение к психологу означает, что человек превосходно занимает свою должность, умеет смотреть на свои проблемы и работать в команде.
Онлайн-курсы и курсы в наши дни очень популярны. «Виртуальные» психологи — вариант работы для школьников?
Людмила Авдеева: Большое количество психотерапевтических сеансов и консультаций сейчас проводится онлайн. Онлайн-варианты можно включить в концепцию школьной психологической службы. Но я «легкий» человек, и для меня более ценен личный контакт. При этом я знаю хорошие примеры помощи родителям путем создания анонимных чатов, например, перед сдачей ЕГЭ в последнем классе школы. Там вы сможете обсудить наболевшие вопросы, обнаружить, что беспокоитесь не только вы, и обменяться опытом. Все проще, когда вы находитесь в единстве. Во всех культурах вполне разумно переживать сильные эмоции в одиночку: многих гостей приглашают на такие мероприятия, как свадьбы или похороны, чтобы поделиться радостью или горем с другими.
К разработке новых школьных проектов привлекаются и психологи: на психическое здоровье детей влияет само школьное пространство, функциональность и дизайн места, говорят они это так?
Людмила Авдеева: Доказано, что красота и эстетика архитектуры и цветового решения влияют на психологический комфорт. Этим и занимаются так называемые «инженерные» психологи. В какой цвет следует покрасить лестницу и стены, чтобы уменьшить ущерб? Какой должна быть высота потолка, цветовые и световые решения, чтобы повысить мотивацию к обучению? Это очень важная и ценная область психологии. Например, большое количество картинок, надписей и даже цветов в классе являются дополнительными стрессорами для нервной системы, тем самым ухудшая успеваемость учащихся.
К нашему образовательному кластеру школы №58 теперь присоединился новый детский сад на 350 мест на улице Летной, а к новому учебному году планируется открыть школу на 825 мест в жилом комплексе «АЛИЯ». Оба здания построены по своим проектам.
В школе просторные коридоры, высокие потолки и классы со стенами теплых тонов. Хорошо решены вопросы акустики – что тоже очень важно для комфортного обучения. Пространство зала организовано интересно – благодаря широким ступенькам дети могут сидеть комфортно и без ограничений. Общее ощущение простора и воздухопроницаемости. Это может улучшить настроение, а значит, улучшить способности к обучению.
Я даже сыграла роль инженерного психолога: попросила, чтобы школьные лестницы, ведущие в раздевалки, были окрашены в разные цвета – нисходящие и восходящие, чтобы разделить потоки и наглядно показать детям траектории движения. Также планирую активно заниматься звуковым оформлением пространства — подбирать музыку для звонков или тематических недель.
Психологи должны понимать предысторию жизни каждого школьника и общаться с родителями, чтобы вовремя предотвратить серьезные проблемы – неуспех на ЕГЭ или издевательства со стороны подростков.
Является ли музыка также элементом психологической поддержки школьников?
Людмила Авдеева: Как здорово! У меня был опыт выступления в роли «вокала» во время трудных экзаменов: и дети, и учителя говорят, что музыка действительно помогает снизить стресс и повышает показатели успешной сдачи образовательных экзаменов. Я думаю, что еще одна важная роль школьных психологов – это развитие навыков командной работы. Современная культура поощряет автономию, независимость и разделение. Дети и взрослые реже, чем раньше, занимаются командными видами спорта. Я надеюсь, что потребность в командной работе возродится. Так что в будущем это станет сообществом студентов и выпускников, которые гордятся принадлежностью к школе и помогают друг другу.
